На волоске от смерти

В преддверии Дня освобождения Карелии от фашистских захватчиков ведлозерец Иван Трифонов, которому 9 августа этого года исполнилось 88 лет, поделился воспоминаниями.

Его детство выпало на военное лихолетье, а годы, проведенные в финской оккупации, для храброго мальчика-партизана превратились в бесконечную борьбу за жизнь...

Под свистом пуль

— В нашей деревеньке Акимово, что в 25 километрах от Ведлозера, до войны 20 домов было, — вспоминает Иван Николаевич. — Мы с мамой жили в доме бабушки и дедушки: вместе с другими родственниками под одной крышей. Отца я не видел, без него рос. Когда началось наступление финнов, деревенские мужики получили повестки из военкомата, и «шагом, марш» — на войну. В то же время началась эвакуация местного населения в Центральную Россию. Наша семья, в том числе тетя «в положении», двинулась вместе со всеми. Шли долго. По дороге наше семейство пополнилось еще одним человеком — новорожденным мальчиком (он умер во младенчестве). Через несколько километров нас остановили военные и сказали, что дальше двигаться нельзя — дорога перекрыта вражескими войсками. Вскоре началась стрельба по финским разведчикам-велосипедистам. Завязался бой. Я помню, как свистели пули. Мы старались укрыться у стен старой бани. Там же вместе с нами нашел укрытие русский солдатик. Мама попросила его, чтобы он отошел от нас, потому что вместе с ним нас могли убить.

Путь был отрезан — пришлось возвращаться обратно. Вторая попытка эвакуироваться также не увенчалась успехом: отправленную за нами машину взорвали, а людей расстреляли финны. Каким-то чудом и на этот раз мы избежали гибели.

В оккупации

По воспоминаниям ветерана, наступление финнов было уверенным. Они пришли с убеждением, что останутся здесь навсегда. Финский отряд расположился неподалеку от дома, где проживала семья. Местному населению выделили участки земли для собственных нужд. Урожай у деревенских жителей не забирали, поэтому голодать не пришлось. Маленький Иван пошел учиться в школу, где преподавали финские учителя. В школе утро начиналось с лютеранской молитвы. Ребенка тогда удивило, что финны не крестятся. Дисциплина была строгая: за любую провинность наказывали розгами или били указкой по рукам. По коридорам школы бегать не разрешалось, зато за ее пределами — хоть на голове ходи. Также ветеран поведал о том, что в школу даже приезжал врач — лечить детям зубы. Финскому государству необходимо было здоровое население. Наведывались и другие «гости»: немцы с собакой. Цель их визита для мужчины так и осталась загадкой. Иван Николаевич хорошо помнит, что к карелам оккупанты относились сносно, а русских не любили. По свидетельствам очевидцев, в соседней деревне поймали русского лейтенанта и вырезали на его теле звезду. Тем временем вокруг деревни Авдеево полыхали пожарища: со стороны Колатсельги и Суоярви зарево освещало ночное небо, а над домами часто летали финские самолеты. Положение несчастного народа усугубляла неизвестность о близких, которые воевали: почта не работала — письма с фронта никто не получал. Семью Вани интересовала судьба родного брата мамы (впоследствии он пропал без вести).

Маленький партизан

В местечко Авдеево для исполнения разведывательного задания были отправлены два советских разведчика: радист и один местный житель, имена которых были изменены. На парашютах их сбросили в лес, потом 10 километров они добирались по снегу до места назначения.

—Вечерами в наш дом любили заходить финны. Пока вражеские солдаты сидели внизу, разведчики скрывались на чердаке дома. Если бы что-то вызвало подозрение у финнов, нам всем было несдобровать, — взволнованно рассказывает Иван Николаевич. —К примеру, в соседней деревне двух разведчиц, девушек, предали, их семьи были расстреляны. Разведгруппа занималась сбором информации: их интересовало количество единиц техники и войск противника. Такие сведения добывал и я. Мне приходилось ходить по деревням: в Щеккилу, Крошнозеро, Ведлозеро и другие населенные пункты. Я делал вид, что прошу у солдат покушать, а сам наблюдал и запоминал все, что могло пригодиться русским разведчикам. На чердаке нашего дома связист установил рацию. Мне даже приходилось носить батарею от нее: на дно кошеля (плетеный из бересты заплечный рюкзак) помещалась рация, затем — слой мха, а сверху — рыба. С такой ношей меня однажды остановили два финских солдата. Они заглянули в кошель и удивились, что он полон рыбы. Пока солдаты рассматривали рыбу, я стоял ни жив, ни мертв. Смерть снова обошла меня стороной.

Освобождение

Все чаще в небе стали появляться русские самолеты. Ване вместе с другими деревенскими мальчишками довелось наблюдать, как в небе сражались два самолета. В силу возраста детей больше разбирало любопытство, чем страха. Однажды над озером возник самолет. Дети, как обычно, высыпали на улицу. Крылатая машина дала крен, а рядом с детьми проступила дорожка от выпущенных из кабины самолета пуль. Все разбежались кто куда. Позже в двух километрах от деревни видели пару стареньких советских танков, рядом с ними рыли окопы наши солдаты. Гусеничные машины закончили свой путь в Савинове — их подорвали финны. Местное население с нетерпением ожидало освобождения. Финны наспех собирали вещи, но были уверены, что их отступление временно. Осенью они снова надеялись вернуться в Карелию. Так, в 1944 году Карелия, в том числе местечко Авдеево, была полностью освобождена от финских оккупантов. Не за горами оставался День великой Победы.

Мирная жизнь

Война осталась позади. Николай Трифонов поступил в Петрозаводское педагогическое училище на учителя начальных классов, но преподавать стал детям труд. На его уроках девочки знакомились с устройством автомобиля и учились работать с доильными аппаратами для коров, а мальчики — управлять тракторами с прицепом и владеть плотницкими навыками: в стенах школы мастерили столы, табуретки, фоторамки. В мирной суете проходил день за днем, пока не встретилась молодому парню девушка Дуся, которая стала ему спутницей на всю жизнь (в ноябре этого года супруги отметят 62-летие со дня свадьбы). Крепла и развивалась пос­левоенная советская страна, вместе с ней росла семья Ивана Николаевича: на свет появились два сына. Позже старший сын трагически погиб.

Сейчас в деревеньке Акимово, которая оживает только в летний сезон, осталось всего 5 домов. На доме, где прошло военное детство Ивана Николаевича, в 50-х годах прошлого века появилась табличка с надписью: «В этом доме в мае и июне 1944 года выполняла задание разведывательная группа дублера Эрте А.П и Эрте М.Н. Им помогала семья Котчиевых». Со временем надпись стала совсем невидимой, а уголочек мраморной доски откололся. Иван Николаевич надеется, что в преддверии 75 годовщины великой Победы на доме появится обновленная доска и память о трудном военном времени и мужестве разведчиков не будет забыта.

Иван Николаевич и Евдокия Васильевна давно поселились в селе Ведлозеро. Их дом окружен ухоженным огородиком, сажают всего помаленьку. К ним часто приезжает младший сын из Петрозаводска. Изредка супруги наведываются на родину жены, в ныне заброшенную деревеньку Кибр-Наволок.

Алина ГАПЕЕВА