Жил-был кот...

Жил-был кот. Кота, который когда-то давным-давно был белым и пушистым, словно снег, можно было причислить к категории «долгожителей» — в этом году ему исполнилось 17 лет. Еще котенком он бегал по двору, гоняя бабочек, ластился к домочадцам: к детям и строгому хозяину. За своей хозяйкой он следовал по пятам и нередко наблюдал с забора, как она работает в огороде. Чувства оказались взаимными: ему всегда доставался самый лакомый кусок и свежая рыба, которую привозил с рыбалки хозяин.

Когда маленький пушистый комочек подрос, в его жизни появились совсем другие интересы: сутки напролет он пел серенады соседской кошке Мурке и держал в страхе всех соседских котов. Уважения к себе он достиг в боях, которые, как правило, накладывали отпечаток на его внешности. С годами белые усы уныло опустились, в области затылка вылезла вся шерсть, а порванное левое ухо согнулось почти горизонтально. Кот прихрамывал на одну из лап, некогда прокушенную в схватке с противником. В преклонном возрасте появились слепота и глухота, поэтому вся его жизнь была сосредоточена дома. Во двор он выходил только «по нужде». Зимой на улице лапы быстро замерзали и он торопился как можно скорее вернуться в помещение и свернуться клубком возле печки. Что ему виделось в полудреме?

Иногда, в порыве внезапно нахлынувших чувств, нестройной походкой он ковылял к хозяйке и еле слышно мяукал — просил, чтобы она взяла его на руки. Затем долго намывал свою мордочку и засыпал.

А если он и выходил за пределы двора, что бывало совсем редко, то даже водители, завидев потрепанного жизнью кота на своем пути, невольно сбавляли ход.

Несмотря на свои недуги, кот бы мог прожить и до 20, если бы на днях, во дворе дома, его не разорвали чьи-то разъяренные собаки. Они налетели на Фильку неожиданно, как ураган, потрепали и стали таскать по селу. О том, что изуродованное тело домашнего любимца, лежит на дороге, хозяевам сообщили дети. Тело кота забрали, а клочья вырванной шерсти так и остались лежать на проселочной дороге.

Алина ГАПЕЕВА